Факультет истории, социологии и международных отношений (ФИСМО)

Кубанского Государственного университета

Логин:

Пароль:

| Лента публикаций

Харченко Г.О. ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ СТРАТЕГИИ «МЯГКОЙ СИЛЫ» ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ РОССИИ

Публикации

Харченко Г.О. Магистратура 2 курс



ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ СТРАТЕГИИ «МЯГКОЙ СИЛЫ» ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ РОССИИ


В статье рассматриваются основные проблемы, препятствующие успешной реализации политики «мягкой силы», во внешней политике России, в условиях сложной международной обстановки и экономического кризиса.
Ключевые слова: Россия, геополитика, внешняя политика, «мягкая сила», санкции, стереотипы.
The article discusses the main challenges to the successful implementation of the policy of "soft power" in Russian foreign policy, in a difficult international situation and economic crisis.
Key words: Russia, geopolitics, foreign policy, "soft power", sanctions, stereotypes


В условиях, нередко, беспорядочных внешнеполитических вихрей формирование положительного имиджа на международной арене и усиление влияния России на политические процессы в мире, приобретает важнейшую роль. В настоящее время в нашей стране получила новый эволюционный толчок теория «мягкой силы», предполагающая существование двух главных типов власти – твердой (hard power) и гибкой (soft power). Мягкая» сила — это способность добиваться желаемого на основе добровольного участия союзников, а не с помощью принуждения или подачек.

Политическая концепция «мягкой силы» разрабатывалась с 1980-х годов XX века, американским политологом, профессором Гарвардского института государственного управления США им. Дж. Ф. Кеннеди Джозефом Найем-младшим. «Мягкое могущество возникает, когда страна привлекает своей культурой, политическими идеалами и программами. Оно проявляется в привлечении других к сотрудничеству без угроз и поощрений. Привлекательность внешней политики, во многом зависит от того, насколько будут всеобъемлющими и перспективными ее цели для всех участников межгосударственных коммуникаций, насколько будут совпадать их ценностные ориентации. Политика с большей вероятностью будет привлекательной, если она базируется на ценностях, разделяемых другими» - пишет Дж. Най [1].

Россия завязывает данную концепцию множеством струн с постсоветскими и посткоммунистическими странами, задействовав культурные, дипломатические, экономические и информационные механизмы. Вместе с тем, всплеск активности политики «мягкой силы» связан с системными пробелами и упущениями в данной плоскости, «мягкая сила» как инструмент внешнеполитического влияния практически сошла на «нет» после крушения Советского Союза.

На высшем уровне проблема «мягкой силы» получила отклик только в 2012 году на совещании послов и постоянных представителей РФ. Выступая на совещании, В.В. Путин отмечал: «Нельзя пассивно наблюдать за происходящими событиями (в мире). Надо активнее влиять на ситуацию там, где напрямую затрагиваются российские интересы, действовать на упреждение, быть готовым к любому варианту развития обстановки. Образ России сильно искажен и не отражает реальную ситуацию в стране. Поэтому дипломатам следует осваивать новые технологии в международных отношениях». Президент продолжил: «…по части использования новых технологий, например, так называемой, «мягкой силы», есть над чем подумать» [2].

Внешнеполитическая стратегия России, утвержденная в 2000г. рассматривает ближнее зарубежье как важнейший приоритет во внешней политике страны. Согласно «Обзору внешней политики Российской Федерации» (2007г.): «Отношения со странами СНГ являются главным приоритетом российской внешней политики». В данном контексте становится актуальной задача поиска инструментов претворения в жизнь интересов России на территории стран ближнего зарубежья, в первую очередь речь идет о политике «мягкой силы» [3].

Действительно, синтез традиционных источников власти с коммуникативным опытом политики «мягкой силы» способно привнести в российскую внешнеполитическую идею недостающую, порой, гибкость и вариативность. «Значительная «мягкая сила» государства делает применение им «жесткой силы» более приемлемым для объектов его воздействия, снижая, таким образом, издержки ее применения» [4].

Сегодня особняком стоит проблема создания положительного образа России в глазах международной общественности.

Внешнеполитический образ России, сложившийся в западном информационном пространстве, сложно назвать положительным. Западные СМИ, порой настроенные откровенно антироссийски, наперебой пишут статьи об использовании вооруженных сил в Грузии (2008г.), газовом конфликте с Украиной (2011г.), обвиняют в ведении гибридной войны на Донбассе (2014г.), таким образом, Россию представляют, как «извечно агрессивного соседа». Также не улучшают ситуацию существующие национальные стереотипы по отношению к России – устойчивые образы, дающие весьма обобщенное и зачастую неверное представление о явлениях или объектах, но имеющие очень устойчивый характер. Негативные и позитивные стереотипы оказывают сильное влияние на образ страны.

Российский образ наделен очевидными положительными стереотипами, некоторые из них:
- огромная территория страны, наделенная неисчерпаемыми природными ресурсами;
- страна-гарант безопасности на постсоветском пространстве;
- государство с богатейшим культурно-историческим наследием;
- высокий религиозно-культурный уровень населения;
- Россия главный противовес господству США в мире.

Большинство из указанных положительных стереотипов Россия «унаследовала» от СССР, который обладал значительной пропагандистской мощью.

Следует отметить, что существующий образ России достаточно далек от ее сущности, на что влияет ряд факторов:
- негативная самооценка россиян, интегрированная в традиционную национальную культуру, вызывает негативные оценки России со стороны иностранцев, интересующихся русской культурой (уже в XVIII в. русская интеллигенция отождествляла себя с «варварами», в сравнении с европейцами). В последнее время отечественная интеллигенция трансформируется в специализированных интеллектуалов-профессионалов, не разделяющих привычные для традиционной интеллигенции стереотипы. Постепенно этот процесс приведет к снижению уровня негативного самовосприятия, что послужит толчком для улучшения образа России в мире.

- негативное восприятие России иностранцами, изначально базировавшееся на религиозном противостоянии между православием и католицизмом, в XX в. стало проецироваться в общество через глобальную массовую культуру. «Благодаря» голливудским фильмам, современной литературе русские твердо ассоциируются с автоматом Калашникова, мафией, кровожадными коммунистами, морозами и водкой.

- негативный образ России создается в Западных СМИ, журналисты активно используют риторику «холодной войны», подогревая тему «противоборства России с Западом» яркими заголовками (The Times «Путинская пропаганда искажает мышление западных зрителей», The Economist «С Путинской Россией иметь дело небезопасно» и др.).

Фактически степень развития и интенсивности международных отношений России со странами Запада, обуславливает ее внешнеполитический образ за рубежом. Следовательно, Россия как «бренд» не имеет четкой концепции и не достаточно раскручен за рубежом. История стран с противоречивой судьбой в XX в., таких как Германия, Япония, Испания, показывает, что для национальных репутационных трансформаций требуется в среднем 20 лет. По мнению британского исследователя национального брендинга Саймона Анхольта, озвученного в РИА «Новости» 20.09.2013 г., для того, чтобы превратиться «в любимую всеми в мире страну» России потребуется 40 лет, при условии «получения правильных советов от правильных людей» [5].

По данным рейтинга «мягкой силы» подготовленным британским PR-агентством Portland в 2016 году Россия впервые вошла в 30-ку передовых стран по этому показателю (на первом месте США, далее расположились Великобритания и Германия) [6]. При этом по некоторым международным исследованиям, ориентированных, впрочем, в основном на Западные страны, таких как Глобальный индекс миролюбия (Global Peace Index 2016) Россия заняла 151-е место (из 163-х стран), находясь между Северной Кореей и Пакистаном [7], в Индексе хороших стран (The Good Country Index 2016) Россия занимает 78-е место [8].

Сложно судить насколько объективны приведенные рейтинги, однако по данным международных исследований, оценивающих долю России и других стран в мировых расходах на науку и культуру, российские затраты в этой области в недавнее время назад составляли всего 1,5% от общемировых, для сравнения у США – 34%, у стран ЕС – 23%, у Японии и Китая – по 12%.

Проблемы геополитического позиционирования России и реализации политики «мягкой силы» лежат в нескольких плоскостях, которые необходимо выделить отдельно.

1. Бессистемный характер применения «мягкой силы» по трем ключевым направлениям – внешняя политика, культура, политические ценности. Отсутствие координирующих органов, стабильного и достаточного финансирования, грамотной информационной политики являются главными препятствиями на пути к росту российского влияния в мировой политике.

2. Нехватка нескольких ключевых институтов «мягкой силы», которые бы способствовали росту привлекательности России в мире. Институты, эффективно действовавшие в советское время, в настоящее время утратили былое влияние и не конкурентоспособны в действующих реалиях.
3. Дефицит идей на пути преодоления сложившихся негативных стереотипов по отношению к России. Особенно остро эта проблема встала в 2014 г. в связи с событиями на Украине, после введения санкций и контрсанкций.

4. Слабо развита современная публичная дипломатия, недостаточное количество специалистов по социальным медиа, регулярно поддерживающих контакты с целевыми зарубежными аудиториями на их языке.

Вышеуказанные проблемы носят глобальный характер и обусловлены как объективными, так и субъективными факторами. Впрочем, потенциально ресурс «мягкой силы» России весьма значителен, но его развитие тормозят негативные стереотипы в глобальном общественном сознании, на Западе Россия все еще сохраняет репутацию страны, действующей агрессивно, с позиции силы. Учитывая сложную международную обстановку и экономический кризис в стране, на сегодняшний день России сложно на равных конкурировать с основными мировыми центрами «мягкой силы».

А. Кортунов, генеральный директор одного из российских центров публичной дипломатии – Российского совета по международным делам, пишет, что «кризис изменил отношения к России в большинстве стран мира в худшую сторону. Можно спорить, насколько обоснованы и насколько устойчивы нынешние антироссийские настроения и стереотипы, но трудно предположить, что они исчезнут сами по себе, без настойчивых усилий с нашей стороны. Между тем возможности для реализации масштабных и дорогостоящих PR-¬проектов типа сочинской Олимпиады сегодня отсутствуют и в ближайшие годы вряд ли появятся. Бюджетные вливания в органы пропаганды на зарубежную аудиторию пересыхают, бюджетные места для иностранных студентов и аспирантов в российских вузах, наверное, тоже попадут под секвестр. Едва ли увеличатся финансовые возможности Россотрудничества и подобных ему организаций» [9].

Тем не менее, в сложившихся условиях Российской Федерации необходимо выработать ряд новых, возможно, малобюджетных механизмов «мягкой силы», которые будут эффективны в сложившихся внешнеполитических условиях.

Обращу внимание на некоторые аспекты, которые могут повысить конкурентоспособность российской политики «мягкой силы».

Во-первых, требуется разработать собственный уникальный российский концепт «мягкой силы» и позиционирования страны за рубежом. Духовность, толерантность, сила духа – это те привлекательные образы современной России, которые нуждаются в популяризации и трансляции во внешнее медиапространство. Россия обязана позиционировать себя, как важную международную силу, источник многополярного мироустройства, основу самостоятельной цивилизации, последовательного сторонника принципа равноправия всех государств.

Во-вторых, России необходима государственная структура всецело занимающаяся реализацией политики «мягкой силы». МИД России объективно эту задачу в полной мере реализовать не в состоянии ‒ в первую очередь потому, что многие вопросы лежат вне юрисдикции министерства.

В¬-третьих, в виду ограниченности экономических ресурсов, следует рационально распределять «мягкую силу», «под прицел» должны попасть те государства в партнерстве с которыми Россия стратегически заинтересована. Дополнительный эффект будет получен от воздействия на аудиторию, которая сможет ретранслировать воспринятое на более широкие группы внутри своей страны (бизнес элита, лидеры мнений, экспертное сообщество).

Российской Федерации следует применять оба способа продвижения собственного бренда за рубежом - и естественный (благодаря экономическим успехам, культуре, науке, спорту, туризму) и искусственный (меры рекламного, информационного, пропагандистского характера) – ресурсы для этого у нашей страны есть.

Библиографические ссылки


1. Най Дж. «Мягкая сила и американо-европейские отношения// Свободная мысль-XXI.2004.№10. С. 20
2. Путин В.В. Текст выступления на Совещании послов и постоянных представителей России. Режим доступа: http://kremlin.ru/events/president/ news/15902
3. Обзор МИД России. "Внешнеполитическая и дипломатическая деятельность Российской Федерации в 2007 году". Режим доступа: http://www.mid.ru/web/guest/foreign_policy/news/-/asset_publisher/
4. Най Дж. Там же. С. 92
5. Анхольт С. Видеозапись лекции в Москве [Электронный ресурс]. 20.09.2013г. Режим доступа: http: //www.youtube.com/watch? v=dwokbsPgNc4
6. Электронный ресурс. Режим доступа: http://softpower30.portland-communications.com/
7. Электронный ресурс. Режим доступа: http://static.visionofhumanity.org/ sites/default/files/ GPI%202016%20Report_2.pdf
8. Электронный ресурс. Режим доступа: https://goodcountry.org/ index/overall-rankings
9. Кортунов А. Семь шагов за горизонт кризиса // Российский совет по международным делам. Официальный сайт. http://russiancouncil.ru/inner/? id_4=5177&active_id_11=68#top.



Оцените публикацию:
 (голосов: 0)
| Раздел Публикации | написал watch_out | просмотров: 325 |