Факультет истории, социологии и международных отношений (ФИСМО)

Кубанского Государственного университета

Логин:

Пароль:

| Лента публикаций

Кумыков А.А. История становления механизмов реализации «мягкой силы» во внешней политике США

Публикации » статья А.А. Кумыкова, магистратура, 2 курс (2)

А.А. Кумыков
магистрант ФИСМО КубГУ


История становления механизмов реализации «мягкой силы» во внешней политике США


Во второй половине XX в. система инструментов внешнеполитического воздействия США значительно расширилась. Помимо традиционного военного влияния все активней стали применяться принципиально иные методы, носящие невоенный характер и основанные на продвижении культурных ценностей, развитии гуманитарных связей и др. Подобного рода методы и раньше использовались во внешнеполитической практике, но только в условиях противостояния двух сверхдержав – США и СССР – их роль проявилась наиболее ярко.

Постепенное осознание роли «мягкой силы» как фактора внешнеполитического взаимодействия в значительной степени предопределено всей историей развития США. Становление американской нации происходило в XVIII–XIX вв. Создатели государства в основном опирались на идеи эпохи Просвещения, что нашло отражение как в американской Конституции, так и в Билле о правах.

Ценности Просвещения в интерпретации первых американских политических философов делали основной акцент на защите личных свобод и сохранении независимости от потенциальной тирании со стороны государственной власти. Дистанцирование государства от целого ряда сфер общественно-политической, культурной и экономической жизни способствовало развитию особой государственной модели с сильным частным сектором, в том числе и в некоммерческой области.

Повлиял на развитие США и этнический вопрос. Большая доля населения африканского происхождения, наличие коренных этносов, а также близость Латинской Америки делали его одним из наиболее острых. Критический период американской истории рубежа XIX–XX в., отмеченный расовыми и антииммигрантскими актами насилия, привел к возникновению идеи мультикультурализма, которая с тех пор стала стержнем культурной политики США.

По мнению некоторых историков и политологов, происходившие в США процессы точнее определяет концепция «томатного супа», фокусирующаяся на культурной ассимиляции и «основанная на допущении, что иммигранты и их потомки адекватно адаптируются к англо-саксонским культурным паттернам» [1]. В соответствии с ней мультикультурализм в реальности представляет собой не формирование некоей новой общности, основанной на идее взаимного обогащения народов, проживающих на одной территории (необходимо отметить, что СССР проводил схожую, но неизмеримо более успешную межнациональную политику, где в рамках одного государства проживали и развивались самые разные этносы), а модель унификации под единый ценностный стандарт всех групп населения. Тем не менее в ХХ в. Америка вошла, позиционируя себя как страна открывающая широкие возможности для всех, кто захотел стать американцем, что в значительной степени способствовало притоку населения и росту привлекательности США и предлагаемого ими образа жизни.

В течение первой половины ХХ в. США удалось с минимальными потерями и максимальными преференциями принять участие в двух мировых войнах, нанесших огромный урон и значительно ослабивших европейские и азиатские государства. Особенно драматичными для Европы и Азии, и исключительно выгодными для США стали последствия второй мировой войны. Если большинство государств понесли чрезвычайно высокие потери: разрушенная экономика, миллионы человеческих жертв, необходимость концентрации огромных ресурсов для осуществления военных действий, то для США вторая мировая война стала грандиозным успехом. Во-первых, она позволила Америки выйти из Великой депрессии и начать интенсивно развиваться; во-вторых, были отброшены на десятилетия назад все экономические конкуренты, наконец, наиболее важным результатом второй мировой войны для США стало обретение долларом статуса мировой резервной валюты. Таким образом к 1945 г. США оказались страной с наиболее выгодными и привлекательными условиями для проживания и ведущей экономическом и финансовой отношении мировой державой.

Определенное влияние на активизацию потенциала «мягкой силы» стала, начавшаяся, практически сразу после окончания второй мировой, «холодная война». Сегодня становится совершенно очевидным, что конфликт Запада и России имеет экзистенциальный характер, но в 1947 г., когда У. Черчилль в знаменитой Фултонской речи говорил о начале нового противостояния, официальной его причиной было объявлено противодействие распространению коммунистических идей. Именно в послевоенный период Америка начинает особенно активно внедрять в массы представление об «американском образе жизни», «американской мечте», причем в подчеркиваемом противопоставлении с советской моделью и это становится важной частью идеологической пропаганды.
Большой импульс после войны получило развитие американского телевидения и средств массовой информации. Необходимо отметить, что представления о необходимости обустройства будущего послевоенного мира «по американскому образцу» стало доминирующей и массовой идеей, которая транслировалась с помощью всех имеющихся в распоряжении США средств.

В мировом масштабе начала распространяться и коммерческая культура. Работа государства многократно усиливалась при этом за счет многочисленных культурных фондов и центров, которые стали открываться по всему миру (Национальный фонд искусств и гуманитарных наук; Фонд ХХ века; Фонд Рокфеллеров и другие).

Экспорт политических, культурных, идеологических ценностей усиливался в контексте роста популярности СССР и социалистических идей. Даже то влияние, которое Америка пыталась оказать на третьи страны состояло в недопущении аналогичного влияния своего главного идеологического противника. В 1958 г. Питер Грот писал: «Америка является страной с наиболее развитой индустрией рекламы, но, когда дело касается наиважнейшей рекламной кампании – рекламы самих себя и демократического образа жизни, мы заметно отстаем от коммунистов. Из этого следует необходимость использования литературы, кинопродукции, информационных программ как средств ознакомления людей во всем мире с американской историей, политикой и индустрией развлечений» [2]. Особую активность США проявляли в своей поствоенной зоне ответственности (Германия, Япония и др.).

Развитие потенциала «мягкой силы» подкреплялось законодательно. В 1946 г. был принят Акт 79-584, известный как акт Фулбрайта [3], по которому Госдепартамент был уполномочен заключать договоры с правительствами других стран, не требующими утверждения сената, а также использовать иностранную валюту – выручку от продажи военного оборудования – с целью финансирования научных и культурных обменов; был принят закон о выделении ежегодных ассигнований на указанные нужды из бюджета США. Согласно закону Смита-Мандта, принятому в 1948 г. (закон «Об информационном и культурном обмене»), правительство США должно было «вести деятельность по международным информационным, образовательным и культурным обменам в мировом масштабе. Целью этих программ являлось информирование мировой общественности о США, обеспечение лучшего понимания страны за рубежом, а также укрепление взаимопонимания между народом США и гражданами других государств» [4]. Многие вопросы информационной политики, культурных и образовательных обменов осуществлялись под эгидой ЦРУ.

Таким образом, именно в противостоянии с СССР все более отчетливо прорисовывались контуры невоенных внешнеполитических влияний, призванных «ослабить» своего противника, повлиять на его репутацию, а главное, ориентированных на самые широкие слои населения, в том числе и населения страны – конкурента на внешнеполитической арене. Принципы этой политики не менялись на протяжении всего периода «холодной войны», а каждый следующий президент США занимался совершенствованием и развитием существующих институтов. Так, в 1978 г. при Дж. Картере было создано Агентство по международным связям США в котором была аккумулирована вся деятельность по культурным, образовательным, информационным обменам. В 1980-е гг. после прихода к власти Р. Рейгана, это Агентство (позже оно будет вновь переименовано в ЮСИА) получает дополнительное финансирование, а его директором назначается близкий друг Рейгана – Ч. Уик. После начала диалога с М. Горбачевым и подписания в 1985 г. «Соглашения о культурных обменах между США и ССССР» финансирование данной сферы стремительно возрастает, так как США, впервые получают возможность непосредственного информационного и культурного влияния в СССР. В результате значительная часть информационного контента, сформированного в СССР во второй половине 80-х гг. ХХ в., начиная от разоблачений «ужасов» советского строя и заканчивая пропагандой западных ценностей, фактически оплачивалась из бюджета США, вне зависимости от того, откуда советские граждане получали информацию: из журнала «Огонек», или из западных радиотрансляций.

По мнению Дж. Ная, автора термина «мягкая сила»: «Советский Союз располагал значительным военным потенциалом, что позволяло угрожать Западной Европе, но в ранний поствоенный период он обладал также важными ресурсами «мягкой силы», которые проистекали из привлекательности коммунистической идеологии и из того, что Советский Союз смог противостоять нацистской Германии. Однако он потерял большую часть своей гибкой силы… Управляемые советским государством пропаганда и культурные программы не смогли соперничать с влиянием американской коммерческой поп-культуры в своей гибкости и привлекательности. Задолго до падения Берлинской стены в 1989 г. «отверстия» в ней были уже проделаны западным телевидением и западными кинофильмами. Молоты и бульдозеры не сработали бы без трансляций в течение долгих лет имиджей поп-культуры Запада, подточивших стену раньше, чем она рухнула» [5].
Победа в «холодной войне» убедительно доказала силу и мощь «мягких влияний». Ни военные, ни экономические действия не могли привести к столько эффективному, с точки зрения США результату. Они не только «победили» СССР, но и разрушили всю биполярную систему, максимально приблизившись к своей давней мечте – глобальному доминированию.

В этот же период формируется и теоретическая концепция «мягкой силы», которая начинает рассматриваться, наряду с военными и экономическими влияниями равнозначным фактором внешнеполитических влияний. Но несмотря на осознание значения «мягких» факторов внешней политики и достаточно интенсивное использование некоторых из них в противостоянии с СССР, в американском политическом истеблишменте сложилось устойчивое представление о том, что установление мировой гегемонии США стало не столько результатом активной и массированной пропаганды и контрпропаганды, а объективным результатом исторического развития, позволившим сформировать достаточно устойчивую конфигурацию с центральной и неизменной ролью США, отчетливо проявлявшейся в первый постбиполярный период.


Библиографические ссылки


1. Хантингтон С. Кто мы? М., 2004. C. 206.
2. Gienow-Hecht J. Shame on US? Academics, Cultural Transfer, and the Cold War – A Critical Review, Diplomatic History. Р. 468.
3. The Fulbright Program. History // Bureau of Educational and Cultural Affairs' (ECA). URL: https://eca.state.gov/fulbright.
4. Cummings M.C.Jr. Cultural Diplomacy and the United States Government: A Survey. Р. 7. URL: www.culturalpolicy.org.
5. Най Дж. Гибкая власть. Как добиться успеха в мировой политике. Новосибирск–Москва, 2006. С. 19.



Оцените публикацию:
 (голосов: 0)
| Раздел Публикации » статья А.А. Кумыкова, магистратура, 2 курс (2) | написал watch_out | просмотров: 363 |