Факультет истории, социологии и международных отношений (ФИСМО)

Кубанского Государственного университета

Логин:

Пароль:

| Лента публикаций

Доклады (ч. IV)

Публикации » Доклады (ч. IV)

Секция 21. Философия религии и теология


Исаев Валерий Валерьевич

(3 курс, «Философия», ОФО)


«Filioque»: спекулятивное содержание


1. Философия как способ снятия противоречия

В данной работе речь пойдет о спекулятивном понимании принципа «Filioque», но прежде необходимо объяснить и обосновать сам философский подход для решения религиозный вопросов. Философия и религия? Естественное сознание привыкло разделять разум и веру как сферы человеческого существования, которые являются взаимоисключающими понятиями. Если попробовать проанализировать источник возникновения противоречий, то можно предположить, что они имеют свое начало в собственном разуме. То есть является собственным содержанием сознания. А если уж это противопоставление существует, то оно выступает лишь как момент одного и того же. И уже в этом случае они не будут выступать как нечто исключающее друг друга, а напротив, будут обеспечивать целостность. Для представления: «монета с необходимостью имеет две стороны». Задача философии религии и состоит в снятии этой «противопоставленной» раздвоенности и выявлении подлинной действительности. Философия направлена «на самоё себя», предмет и метод в ней совпадают. Имеет смысл искать решение в «ней» самой и при помощи «ее же самой». Ведь мышление объемлет все и вся, оно всегда с нами и никогда без нас, в том числе мышление и объемлет и чувства, то есть главное содержание всех религий откровения, прозрения, экстатические состояния, т.е. непосредственное познание, но и здесь мышление остается на своем необходимом месте. Здесь мышление нужно понимать, как осознания процесса. Святые христианской церкви, просвещенные буддийские ламы, индийские гуру, пережившие духовный опыт, говорили и строили на основе его целые философские школы, следовательно, это становилось содержанием их сознания при помощи мышления (осознания). Таким образом, религиозную сферу возможно включить в философскую тематику.

2. Тринитарная необходимость

Для осознания спекулятивного содержания концепции «Filioque», необходимо изложить логическую систему, конечно же, в ее сильно упрощенном виде, в которой она становится действительной. А именно систему абсолютного идеализма, в ее религиозном аспекте, которая была сформулирована Г.В.Ф. Гегелем.

«…Бог есть начало и конец всего. Все исходит из этой точки, и все возвращается к ней; бог есть то средоточие, которое во все вносит жизнь, одухотворяет и одушевляет все формообразования жизни, сохраняя их существование» [1]. «Возращение» дает понимания движения «от» и движения «обратно». Именно движение мысли дает завершенность системе. Динамика, преисполненная рефлексией становится ключевым моментом в диалектической системе.

Три главных элемента обеспечивают целостность и логичность системы: «Всеобщее» как «царство Отца», «Особенное» как «царство Сына», «Единичное» как «царство Духа». Всеобщее – есть «идея в себе» не положенная в своей тотальности, то есть абстрактная. Особенное – иное по отношению к «идее в себе», положенная отрицательность. Дух как синтез первого и второго царства. Святой Дух как любовь, объединяющая противоположности. Всеобщее – божественная идея, особенное - мир, единичное - дух. Дух как логическое, идея, мышление, разум. Все эти три элемента следует мыслить только как моменты одного и того же, в противном случае мы получаем формально-рассудочное разделение, которое не приходит к снятию, и как следствие к логической целостности.

Для последующего анализа необходимо более подробно поговорить о составляющих элементах системы.

3. Диалектика Троицы


1. «ЦАРСТВО ОТЦА»


«Рассмотренный таким образом в элементе мышления бог существует, так сказать, «до» или «вне» сотворения мира. Поскольку он, таким образом, есть в себе, он есть вечная идея, еще не положенная в ее реальности, еще только абстрактная идея. Бог в своей вечной идее выступает, таким образом, еще в абстрактном элементе мышления, а не постижения в понятиях. Эта чистая идея есть то, что мы уже знаем. Это элемент мысли, идея в ее вечном настоящем, как она есть для свободной мысли, чье основное определение состоит в том, чтобы быть неомраченным светом, тождеством с собой, - элемент, еще не отягощенный инобытием» [2].

Бог Отец, как идея еще не положенная в своей тотальности, еще лишь как абстракция, не знающая себя идея. Для представления можно привести пример, каким образом осознается существования «Я»? Только посредством инобытия, то есть такого, которое не есть я. «Я не есть то, я не есть это, следовательно, я это я». Таким образом, происходит необходимое диалектическое раздвоение как моменты для последующего синтеза. Обычный вопрос обыденного сознания «если Бог абсолютное благо, абсолютная мудрость, абсолютное добро и т.д. зачем ему создавать грешный, земной мир, с его несчастьем и пороком?» Познание себя через свое иное.

Но по-прежнему, без осуществления синтеза, эти моменты суть абстрактные.
Синтез происходит посредством движения духа, то есть мышления.

2. «ЦАРСТВО СЫНА»


«И это также мы познали в божественной идее, ибо Сын есть иное, чем Отец; это инобытие есть различие, в противном случае это не дух. Но это другое есть бог и имеет в себе всю полноту божественной природы: определение инобытия не наносит никакого ущерба тому, что это другое есть Сын Божий, а тем самым бог; точно также это не вредит ему и в человеческой природе. Это инобытие есть вечно снимающее себя, вечно полагающее себя и вечно себя снимающее, и это самополагание и снятие инобытия есть любовь, дух» [3].

Царство сына как инобытие, положенное идеей для дальнейшего «снятия», и как результат достижение тотальности. Это царство необходимо понимать как мир (природу и дух), который является моментом системы, а не как что-то несвязанное, абстрактное, отделенное. Природа как предпосылка появления мышления, т.е. духа, который стремится к познанию «царства отца». Посредством «негации» природы дух начинает свое движение. Так как природа «единична», она являет собой отправной пункт к «всеобщему» через особенное. Если свести это к религиозному представлению, то можно выразиться так: преодоления природных страстей, преобладания духовных начал над природными. Не полное отрицание природы, а природа только как момент. Подобно тому, как человек не ограничивается только лишь тем, что он испытывает и удовлетворяет физиологические потребности.

Посредством «инобытия» осуществляется формирования духа, сначала идея как нечто внешнее по отношению к субъективному духу (община), а только после осознания этой идеи осуществляется переход к понятию, как предназначение человека: «Это предназначение, что бог становится человеком для того, чтобы конечный дух осознал бога в самом конечном» [4]. В этой концепции четко просматривается идея «Filioque».

То есть «и от сына», снисхождения Святого Духа и от Сына.

3. «ЦАРСТВО ДУХА»


Дух как синтез первого и второго царства. Святой Дух как любовь, объединяющая противоположности. Теперь уже идея знает саму себя. «Таким образом, эта любовь есть дух как таковой, Святой Дух. Он - в них, и они составляют всеобщую христианскую церковь, сообщество святых. Дух есть бесконечное возвращение в себя, бесконечная субъективность, он есть не представленная, а действительная, присутствующая божественность, следовательно, не субстанциальное в-себе-бытие Отца, не истинное в предметном образе Сына, а субъективно присутствующее и действительное, которое, таким образом, само субъективно присутствует как овнешнение в этом предметном созерцании любви и ее бесконечной боли и как возвращение в этом опосредствовании. Это - дух божий, или бог, как присутствующий, действительный дух, бог, живущий в своей общине. Так, Христос сказал: "Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них"; "Я с вами во все дни до скончания века" (113)» [5].

Именно в Святом Духе Бог является бесконечным, положенным в своей тотальности, посредством «снятия» предыдущих форм, знающая себя идея, мышление мышления. Теперь уже стираются границы между объектом, субъектом, иным. Теперь Дух узнает себя во всеобщем. Теперь нет такого, чего-то чуждого, все примирено в Духе. Осуществляется переход веры в знание. Полная рефлексия, осознанное возращение к идее всеобщего.

Дух как логическое есть всеобщая идея, мыслящий и познающий себя разум. Только в такой интерпретации этого термина и возможна логическая целостность системы. То есть, если попытаться представить этот процесс возращения идеи к самой себе, путем рефлексии – человек, смотрящий в зеркало и видящий свое отражение в нем, осознает что это его собственное отражение. Если попытаться проанализировать эту философско-религиозную систему без «Filioque», то, условно говоря, зеркало не будет отражать, и человек не осознает себя, так как он есть по своему понятию, то есть он не достигает самосознания. Однако необходимо заметить, что представления являются лишь «тенями» самой мысли и не исчерпывают своего содержания.

Примечания:

1. Гегель Г.В.Ф. Философия религии. В 2-х томах. – Т.1. – Пер. с нем. М. И. Левиной. М., «Мысль», 1975.-532 с. (Филос. Наследие. Т.66). – С. 205-530.
2. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии религии – стр. 228. В 2-х томах. – Т.1. – Пер. с нем. М. И. Левиной. М., «Мысль».
3. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии религии – В 2-х томах. – Т.1. – Пер. с нем. М. И. Левиной. М., «Мысль», стр. 275.
4. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии религии – В 2-х томах.- Т.1. – Пер. с нем. М. И. Левиной. М., «Мысль», стр. 279.
5. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии религии – В 2-х томах. – Т.1. – Пер. с нем. М. И. Левиной. М., «Мысль», стр. 302.

Секция 21. Философия религии и теология


Буланов Станислав Леонидович

(4 курс, «Философия» ОЗО)


Христианство и цивилизация: протестантские концепции


Тема взаимоотношений христианства и цивилизации очень сложна и противоречива. Нам необходимо дать определения тому, о чем мы будем рассуждать, в свете реформаторского учения. Сразу следует сделать оговорку, что мы нисколько не претендуем на полноту и законченность освещения этих вопросов, поскольку они глобальны, многообразны и сопротивляются любой попытке втиснуть их в прокрустово ложе дефиниций. Итак, определения.

Христианство


В контексте темы данного доклада христианство правильнее определить как многоаспектный комплекс взаимоотношений Церкви и творения, учитывая, что Церковь – неотъемлемая часть творения – в равной степени принадлежит и небесам, беря там свое начало и принципы вероучения. Церковь можно определить как духовный организм или Тело Христово, состоящее из людей, объединенных спасительной верой в искупительную жертву Иисуса Христа и возглавляемых им же. Реформаторское богословие (исключая некоторые либеральные богословские тенденции) рассматривает Иисуса Христа как личность Богочеловека. В нем совместились противоположные интенции. Но они не находятся в состоянии противоречия и борьбы, а являются полюсами, образующими центр отношений Бога и творения, в котором одновременно происходит двоякое движение: от Бога к миру и от мира к Богу. Данное понимание проистекает из текстов Священного Писания, которое для протестантов является основным и самым авторитетным вероучительным документом.

Этих полюсов четыре, они образуют две пары. Первая пара выражает отношения человека и Бога в плоскости божественной, и в ней Христос выступает как пророк и первосвященник. Как пророк он сообщает волю Отца людям; как первосвященник ходатайствует пред Отцом о людях.

Вторая пара также выражает отношение человека и Бога, но в человеческой плоскости. В этой паре Христос выступает как царь и как раб. Как царь он является воплощением высшей власти, а как раб – совершенно покорен этой власти.

Этим, разумеется, не исчерпывается глубина и необъятность Христа, но именно данные аспекты наиболее важны для рассмотрения нашей темы.
Еще одним пунктом реформаторского вероучения, важным для нас, является эсхатология. Общим для всех христиан моментом в эсхатологии является вера во второе пришествие Иисуса Христа и последующее завершение исторического процесса, которое выразится в изменении мироздания. Новое небо и новая земля, которые придут на смену погибшему в огне прежнему творению, будут принадлежать Церкви. Все, что в процессе истории не вошло в Церковь, будет подвержено вечной гибели в озере огненном. Различия возникают в интерпретации эсхатологических положений, особенно роли Церкви в историческом процессе и вытекающей из этого этики.

Цивилизация


Определение цивилизации в свете этого доклада должно носить светский характер, потому что богословские интерпретации цивилизации и являются одним из самых спорных моментов. Вообще же принципиально существуют только три богословских понимания цивилизации: для одних она безбожна в исключительно светском смысле, как не соотносящаяся с Иисусом Христом ни позитивно, ни негативно. Для других она негативна в смысле противопоставления христианству, а для третьих является частью божественного замысла о творении и ареной развертывания спасительной работы Бога.

Поэтому, очень грубо и схематично, мы определим цивилизацию как глобальный процесс человеческой деятельности, а также глобальный результат этой деятельности. Она включает язык, обычаи, идеи, верования, привычки, социальную организацию, унаследованные от прошлого творения материальной культуры, технологические процессы, системы оценок. Это то, что подразумевали новозаветные авторы, говоря о «мире». Не пытаясь определить сущность цивилизации, следует отметить главные ее аспекты.

Это, во-первых, ее социальность. Цивилизация и социальное бытие нераздельны. Во-вторых, мир цивилизации является миром ценностей, что для нас очень важно, поскольку именно на уровне ценностей проявляется конфликт цивилизации и христианства. Цивилизация, по большому счету, занята временным и материальным воплощением универсальных ценностей. Поскольку это воплощение именно временно и материально, а потому разрушимо, то одним из самых важных аспектов цивилизации является сохранение этого воплощения. Данной цели служит образование в самом широком смысле передачи эстафеты от одного поколения другому, а также постоянные усилия по сохранению того, что уже есть. Кроме того, поскольку ценностей великое множество, они порой диаметрально противоположны или даже несравнимы, то всякое общество предпринимает шаги для того, чтобы удержать в рамках приемлемого конфликта носителей различных ценностей.

Христианство входит в комплекс цивилизации как одна из составляющих ее частей. И в этом состоит корень вечного конфликта христианства и цивилизации, поскольку христианство по своей природе всеобъемлюще и универсально, истоком оно имеет всеобъемлющего и универсального Бога. Поэтому христианству неорганично быть только лишь частью пусть даже глобальном процессе человеческой цивилизации. По этой причине всегда возникает диалог между цивилизацией и христианством, который проходит на многих уровнях, начиная от сознания отдельного человека и заканчивая отношениями между поколениями и культурами. Порой этот диалог вполне дружественен, а порой приводит к конфликту. Причем конфликт более характерен, поскольку ценности, провозглашенные Христом, ориентированы на вечное, а земное объявляют маловажным и преходящим. В то время как ценности цивилизации в большинстве случаев направлены на благо человека здесь, на земле. Кроме того, христианство по природе своей претендует на исключительность, объявляя себя носителем истины в последней инстанции, а потому нетерпимо к любым иным ценностям. Христианство называет верующего во Христа гражданином небесного царства, который должен жить по его законам, находясь в миру как в изгнании, ожидая личного перехода в иную реальность и глобального наступления новой реальности во втором пришествии.

Этот диалог никогда не остановится на ответе, который бы не вызвал новых возражений. Однако в этих ответах прослеживаются некие постоянно повторяющиеся структуры, настолько характерные для всех эпох и культур, что их можно счесть универсальными.

Протестантские концепции


Отрицание культуры

Данное понимание характерно для части пестрого и многообразного движения радикальной реформации, берущей начало от швейцарских анабаптистов, которые отделились от кальвинизма и отрицали не только «мертвую» религию, но и культуру «безбожного общества». Их идейными продолжателями стали баптисты, меннониты, амиши, многие пятидесятнические движения.

Для этих групп характерно неприятие как традиционных христианских конфессий, так и любых проявлений культуры, будь то политика, искусство, наука, образование. В то же самое время их отделение от мира проявляется не в полном уходе от него, как в монашестве, а в более или менее выраженном отчуждении с образованием субкультуры, резко противопоставляющей себя обществу.

Вероучение их основано на буквальном и строгом следовании Библии. Их мир можно назвать миром благочестия и ученичества. Для них цивилизация насквозь греховна и будет уничтожена в огне во время второго пришествия Христа, а потому не подлежит исправлению. Исходя из этого, христианин должен отделиться от мира в церковной общине, а его отношения с миром ограничиваются распространением Благой Вести для спасения грешников.

Привлекательность данной концепции состоит в том, что тот, кто ее принял, неизбежно подвергается давлению со стороны общества, что воспринимается как страдания за Христа. Однако здесь же таится и возможность для многочисленных спекуляций, прибежище для аферистов и полуграмотных проповедников.

Однако было бы большим заблуждением недооценивать роль носителей этой формы христианства, хотя бы уже по той причине, что они подвигом своей жизни приготовили изменения цивилизации, произошедшие после Константина. Кроме того, каждый искренний христианин в своей личной жизни переживает противостояние мира и Христа. Порыв отдалиться, отречься от безбожных ценностей культуры и приблизиться к Богу позволяет не выродиться христианской вере в утилитарное средство достижения личного благополучия, когда на смену Христу приходит идол с этим именем.

Самым уязвимым местом этой позиции является то, что она, на самом деле, утверждает то, что на словах отрицает. Человек не только говорит, но и думает с помощью языка культуры. Радикальные христиане все равно используют средства той культуры, которую они отвергают.

Либеральный протестантизм

В этом типе христианства конфликт между Христом и цивилизацией сглаживается за счет удаления из вероучения конфликтных моментов, приведения его в соответствие с требованиями культуры на данный момент.

В этом христианстве нет противоречия между церковью и миром, законами общества и Евангелием. С одной стороны, оно интерпретирует культуру в свете Христа, рассматривая, как более важные, те элементы в ней, которые наиболее соответствуют его личности и трудам. С другой стороны, это христианство понимает Христа через культуру, отбирая из его учения такие положения, которые, по их мнению, согласуются с тем лучшим, что есть в цивилизации. Таким образом, Христос и культура приводятся в соответствие ценой удаления и из Нового Завета, и из общественных обычаев того, что согласоваться упорно не желает.

Данное понимание приводит к выхолащиванию христианства. Ницше очень точно указал на точку разрыва между христианством и цивилизацией, потому что попытка примирить Христа и культуру путем приспособления христианского учения, приводит к его гибели.

Синтез христианства и культуры

Две вышеописанных точки зрения являются крайними позициями в многообразии протестантских концепций. Однако наиболее характерной можно считать позицию, которая может быть обозначена как синтез христианства и культуры. Сторонники этой точки зрения не противопоставляют Христа и цивилизацию, но исходят из осознания того, что Бог создал и управляет человеческим обществом и через систему общественных институтов, направляя ход истории и развитие цивилизации.

Внутри сторонников синтеза христианства и культуры можно выделить три характерные позиции.

Томизм

Климент Александрийский рассматривал отношения христианства и культуры в своих произведениях «Строматы», «Какой богатый спасется» и «Педагог». Христианин, по мнению Климента, должен быть хорошим человеком в соответствии со стандартами культуры. Разумность в личном поведении должна сопровождаться честностью в делах хозяйственных и послушанием политическим властям. Но не вся жизнь христианина заключается в этом. Есть стадия существования за пределами правильной в нравственном отношении жизни прихожанина. Христос призывает людей стремиться к совершенству более великому, чем совершенство бесстрастного мудреца, и обещает им его осуществление. Это жизнь в любви к Богу во имя его самого, без всякого ожидания вознаграждения или страха наказания. Такая жизнь не от мира сего, но, однако, надежда на ее осуществление и предвидение ее прихода наполняет настоящее существование.

Позднее Фома Аквинский развил и усовершенствовал эту концепцию, доведя христианство до осознания полноты социальной ответственности за все общественные институты. Культура есть дело трудов дарованного Богом разума в дарованной Богом природе. Но существует еще и иной закон, кроме того, который разумный человек может постичь. Божественный закон, данный Богом в откровении через его Сына, отчасти совпадает с законом естественным, но частично выходит за его пределы. «Не укради» – заповедь, открытая нам и разумом, и откровением; «продай все, что имеешь, и раздай бедным» можно найти только в божественном законе. Томизм Аквината впоследствии был принят большинством протестантов.

Эта концепция чревата многими неприятными последствиями. В частности, существует опасность в желании совместить Христа и культуру, временное и вечное. Это приводит к абсолютизации того, что по природе относительно, к сведению бесконечного к конечной форме.

Лютер

Мартин Лютер по иному рассматривал проблему соотношения христианства и цивилизации. Для него человек и, соответственно, цивилизация, им созданная, насквозь пронизана грехом. (Данная позиция выражена Лютером в его работах «Трактат о христианской свободе» и «Против грабящих и убивающих крестьянских орд»).

Познается эта принципиальная порочность при встрече с абсолютно благим Богом, в свете святости которого стираются различия даже между защитниками христианства и его гонителями, поскольку и те и другие далеки от его совершенства. Вся деятельность человека, вся культура заражена безбожием, каковое и является сущностью греха. Грех возникает, как желание обойтись без Бога, не знать его, самому быть собственным источником и началом, быть в себе подобным Богу.

Христианин живет между двух миров, между божественной благодатью и цивилизацией. Он должен стремиться исполнять как требования своего общества, так и божий закон. Невозможность делать это так, как требуется; должна приводить к смирению и упованию на благость Бога, приводить к бесконечной зависимости от Бога. Никакими делами невозможно угодить Господу, но прощение обретается верой.

По мнению Лютера, Христос открывает людям посредством закона их греховность, неверие и отсутствие любви. Однако в качестве спасителя Христос создает то доверие к Богу, из которого может произойти любовь к ближнему. Пока человек не доверяет своему Творцу, он, будучи погружен в заботы о себе, вовлекается в порочный круг себялюбия, который заставляет его ждать награды за каждое свое действие, и даже служение Богу превращает в дело, за которое он ожидает награды. Христос разрывает этот круг, дает веру в Бога и надежду на него как на единственного, кто может сделать людей праведными.

Христианин поэтому не только может существовать в культуре, но и волен избирать те методы, при помощи которых в избранной им деятельности могло быть достигнуто объективное благо. Но положение перед Богом побуждает делать это все во славу божью, то есть максимально хорошо. Эти два момента взаимосвязаны, но не должны смешиваться.
Главный недостаток этой позиции заключается в том, что творение и грех в ней почти сливаются воедино. А это не соответствует свидетельству Бога, когда он при завершении творения вынес оценку: «весьма хорошо» (Быт. 1:31).

Преобразование культуры

Представители данного понимания, в отличие от позиции Лютера, считают, что человек ответственен перед Богом за творение в целом и цивилизацию как ее часть. Христиане же должны своими действиями во славу божью способствовать преображению творения, приближая тем самым второе пришествие Христа. Человек как образ божий несет в себе способность к творчеству; эта способность и является преобразующей силой.

Сторонник этого взгляда отличает грехопадение от творения. Слово, которым следует воспользоваться, чтобы определить последствия падения, – это «порча». Благая природа человека испортилась. Она не зла, как нечто такое, что вообще не должно существовать, но сделалась искаженной. Таким образом, культура – это испорченный порядок, это извращенное благо, но не зло онтологическое. Поэтому проблема культуры есть проблема ее преображения, а не замены новым творением, хотя преображение это настолько радикально, что в некотором смысле равно новому рождению.

В протестантизме главным выразителем идеи преображения культуры является Жан Кальвин, который убежден в том, что Христос не может прийти на эту землю, но должен ожидать смерти старого и создания нового творения.

Заключение

Перечисленные выше ответы, предлагаемые протестантизмом на проблему взаимоотношений христианства и цивилизации, неполные и схематичные. В реальности спектр мнений по этому вопросу много шире, хотя все они вписываются в указанные рамки.

Как представляется, окончательная и удовлетворяющая всех концепция не будет выработана. Это и не требуется. Поиск христианством решения в условиях цивилизации не прекратится никогда вплоть до второго пришествия. Но этот поиск и есть ответ. Богословие не статично, оно динамично, поскольку ищет адекватного выражения неизменной и вечной истины в изменчивом и временном мире.

Примечания:

1. Кальвин Ж. Наставление в христианской вере, в 3 т. М., 1997.
2. Нибур Р. Христос и культура. М., 1996.
3. Лютер М. Трактат о христианской свободе // http://tpor.ru/raznoe/traktat-martina-lyutera-o-svobode-xristianina.

Секция 22. Социология социальных изменений


Дьякивнич В.В.

(1 курс, «Социология», ОФО)


Гениальность как разновидность позитивной девиации


Прежде всего, необходимо сказать, что под позитивной девиацией мы будем понимать отклоняющиеся от нормы явления, поведенческие акты, отношение человека к миру, особое состояние сознания личности, которое носит положительный созидательный характер. Она является постоянным спутником прогрессивных изменений, обеспечивающих развитие современного социума.

Позитивные девиации воздействуют на систему духовных ценностей, на общий уровень культуры общества. Они лежат в основе социокультурных изменений общественного прогресса, содействуют нравственному, всестороннему и гармоничному развитию личности, оказывают влияние на формирование на мировоззрение людей и тем самым воздействуют на все сферы жизнедеятельности общества.

Изучением феномена гениальности занималось большое количество деятелей разнообразных областей науки и искусства в разных странах в разное время. Ими разработано свое понимание этого феномена и созданы теории на сей счет. Итальянский тюремный врач-психиатр Чезаре Ломброзо в своем труде «Гениальность и помешательство» пишет о физическом сходстве гениальных людей с помешанными, о влиянии различных явлений (атмосферных, наследственности и др.) на гениальность и помешательство.

Выдающийся немецкий психиатр и психолог Э. Кречмер свой труд «Гениальные люди» целиком посвятил исследованию проблемы гениальности, законам возникновения гениальности, особенностей внутреннего психологического устройства гения. Генетик Эфроимсон также посвятил себя изучению гениальности, но не только с биологического аспекта, он изучал социальное окружение, особенности характера, восприятия, социальный спрос на гениев и другие факторы.

Актуальность этой темы заключается в том, что, несмотря на существующие исследования и теории феномен гениальности еще недостаточно изучен. Существует множество пробелов и противоречий в его понимании. Это в свою очередь, стимулирует интерес к изучению этой проблемы. Также феномен гениальности представляет огромный интерес тем, что это очень важная тема, поскольку мы видим, что прогресс общества достигается во многом благодаря нововведениям и изобретениям, существенное количество которых было создано гениальными людьми. Таким образом, чтобы общество двигалось вперед в своем развитии, нам необходимо понять, каким образом, почему появляются гениальные люди.

Гениальность – это наивысшая степень проявления творческих сил человека.

Важнейшим отличием гениальности от таланта выступает создание качественно новых творений, открытие ранее неизведанных путей творчества. Весьма доступно различие таланта и гениальности объяснил в своем труде «Гений и талант» Юрген Мейер: «Фантазия талантливого человека воспроизводит уже найденное, фантазия гения – совершенно новое. Первая делает открытия и подтверждает их, вторая изобретает и создает».

Ему принадлежит еще одно высказывание: « Талантливый человек – это стрелок, попадающий в цель, которая кажется нам труднодостижимой; гений попадает в цель, которой даже и не видно для нас».

Возникновение славы всякого гения сильно зависит от социальной конъюнктуры. Если проследить за историей человеческой цивилизации, то нельзя не заметить один факт: гении и замечательные таланты очень часто, с какой – то удивительной закономерностью появлялись то тут, то там – вспышками, группами. Хотя способности, изобретения, достижения многих из них порой выходили за рамки требований общества, а порой вообще не соответствовали их времени. Весь секрет заключается в среде, стимулирующий тот или иной вид дарования, творчества, деятельности. Ведь даже если общество не требовало в прямом смысле тех или иных новшеств, способных удовлетворить их потребности, реализовать их замыслы, все равно они своими действиями, групповым поведением указывали на необходимость что – либо менять, совершенствовать, выявлять. Это во многом влияло на проявление способностей гения, активации его задатков. Им удалось разрешить проблемы не только своего времени, но и многие глобальные проблемы современности. В конечном счете, все созданное на протяжение веков гениями дошло до наших дней и сейчас составляет основу нашей повседневной жизни. Примером этому служит Леонардо да Винчи - великий итальянский художник (живописец, скульптор, архитектор) и ученый (анатом, естествоиспытатель), изобретатель, писатель, один из крупнейших представителей Высокого Возрождения, яркий пример «универсального человека». Исследователи доказали, что именно ему принадлежат «авторские права» на парашют, вертолет, акваланг, пулемет, автомобиль, танк, велосипед, портативную лестницу (В наши дни это приспособление применяется при спасении людей на пожарах) и массу других механизмов, в том числе в робототехнике, без которых невозможно представить современную цивилизацию. Еще одним примером служит Никола Тесла – физик, инженер, изобретатель в области электротехники и радиотехники. Работы Теслы дали основу для изобретения и развития многих современных устройств, позволивших совершить так называемый второй этап промышленной революции, а именно беспроводная передача информации на большие расстояния, Электрогенераторы на ТЭЦ, АЭС, Электродвигатели используются во всех современных электропоездах, электроавтомобилях, трамваях, троллейбусах и многое другое. На его изобретениях основывалась вся энергетика XX и XXI столетия.

Так называемые «вспышки» хорошо прослеживается. Область человеческого творчества со временем расширялась, расширялся и спектр дарований, необходимых для новых форм творчества, расширялся и круг «профессий», в которых появлялись гениальные представители.

Эпоха Возрождения – это эпоха массового устремления к культуре, знаниям, искусству; массового спроса на живопись и живописцев. Это эпоха массового спроса на грамотных, образованных людей. Здесь мы затронем такой немало важный фактор, как социальное окружение. Во множестве мастерских одаренные ученики, соревнуясь, обсуждая, критикуя, учась, создавали ту своеобразную атмосферу, ту циркуляцию идей, ту «критическую массу», при которой начинается цепная реакция творчества, при которой неизбежно должны «вспыхивать» особо одаренные и целеустремленные гении и таланты типа Микеланджело и Леонардо.

Фактически, это объясняется тем что, когда увеличивается социальный спрос, то увеличивается и «социальное предложение».

В итоге мы можем сделать вывод: везде, где бы ни появлялись идеальные и даже оптимальные условия, общественный спрос, социальный заказ на тот или иной талант, – обязательно этот спрос выносил на свет не одного, не двух – непропорционально большое число особо одаренных и даже гениальных людей.

Но мы не должны считать обратное, что негативное отношение современников не способно полностью предотвратить развертывание во времени действительно гениальных свершений.

Автор упоминает о знаменитом изобретателе дизельного двигателя Рудольфе Дизеле, который лично столкнулся с подобной ситуацией. Он говорит: « И настоящая одаренность тоже нуждается в поддержке. Самая лживая из всех поговорок – это поговорка про гения, который «пробьется сам». Из 100 гениев 99 сходят в могилу неузнанными, а потому приходится пройти через неимоверные трудности, чтобы добиться признания. Но этот последний факт немедленно обобщается и делается ложный вывод, что гениальная одаренность всегда соединена со столь же большим даром преодоления внешних трудностей, тогда как между гением и жизнестойкостью нет ни малейшей связи. Априори значительно вероятнее предположение, что выдающееся развитие гения в направлении его гениальной одаренности оставляет уже немного пространства для всех тех искусств, который нужны для успешной борьбы за удовлетворение внешних жизненных потребностей. Если гениально одаренные человек не наделен в порядке исключения еще и необыкновенной одаренностью для жизненной борьбы, у него очень мало шансов выжить в ней без посторонней помощи». Поэтому не мало важным выступает социальное окружение.

Во всех случаях, когда детство и юность гения известны, оказывается, что так или иначе его окружала среда, оптимально благоприятствовавшая развитию его гения потому, что гениальный ребенок родился в семье с определенной социальной преемственностью. Так, например, Микеланджело после смерти матери был отдан на воспитание в другую семью, в этой семье он научился разминать глину и владеть резцом раньше, чем читать и писать. В дальнейшем он говорил: «Резцы и молот, которыми я делаю свои статуи, я извлек из молока своей кормилицы». А по возвращении в семью его отец смерился с его наклонностями и отправил обучаться в мастерскую.

Примером гения, имеющего идеальные условия для реализации своего потенциала, является Моцарт. Когда он был еще младенцем и плакал,его отец, скрипач в капелле, брал скрипку и играл. Когда ночью он просыпался ночью с плачем, отец вставал и ключом от дома выстукивал мелодию на бронзовом подсвечнике. В возрасте трех лет мальчик вскарабкивался к клавиатуре клавесина, стоящего в комнате родителей и бренчал свои собственные мелодии. В 4 года он уже играл и писал ноты. И в этом же возрасте он написал свой первый концерт для клавесина, на что его отец сказал: « Это слишком прекрасно и трудно, чтобы какой-нибудь человек смог сыграть». В 5 лет он сочинил свой первый менуэт. Его отец, лучший учитель игры на скрипке в Европе, отказался от собственной карьеры. Он стал учителем и антрепренером сына. Когда юному Моцарту было шесть лет, он отправился в 10 летнее турне.

Хочется также привести пример того, как, несмотря на неблагоприятные условия, трудности, талант пробивает себе дорогу. Этот пример явила миру одна из наиболее замечательных женщин – ученых Мария Склодовская – Кюри, которая испытывала неимоверные трудности. Ей приходилось таскать уголь на шестой этаж. В ее комнате нередко замерзала ночью вода – так было холодно. Ей доводилось по многу дней голодать. И именно тогда она сказала: «Никому из нас нелегко жить, но мы должны сохранять упорство и, главное, верить в себя. Нужно верить, что ты чем – то даровит и чего – то надо добиться любой ценой»…

Говоря о личностных качествах, мы можем сказать, что нам известны те немногие черты, которые отчетливо видны у всех без исключения гениев. Среди них – неуемное желание знать как можно больше или фанатичная целеустремленность; впечатлительность, которая крайне связана с любознательностью, любопытством, умением замечать интересные и удивительно простые вещи, которые не видят другие. «Ведь только удивление перед простым и очевидным может стать ступенькой, ведущей к глубинам познания». Недаром говорят: «Все гениальное просто. У гениев поразительным образом воспитаны эмоциональные и психологические ориентиры, они обладают колоссальной выдержкой, трудолюбием, энергией, усидчивостью, прилежанием, твердостью характера, внимательностью аккуратностью, постоянной работой интеллекта, прозрением. И это мы наблюдаем у Ньютона, который сутками сидел за работой не ел и не спал, и чтобы отвлечь его от работы его буквально вытаскивали из – за письменного стола изнеможенного, потерявшего сознание. «Я хорошо знаю, что у меня нет особого таланта – любопытство, навязчивость и упорная выносливость в сочетании с самокритикой привели меня к моим идеям», – Эйнштейн.

Еще одна исключительная черта, присущая гению – системность восприятия окружающего его мира. Она состоит в том, что каждый из гениев занимался не одной областью науки, он, так или иначе затрагивал и изучал другие дисциплины, порой оставляя в них свой вклад. Многие гении являются одновременно и историками, и химиками, и физиками, и математиками, и литераторами. Каждый из них просто не мог остановится на чем- то одном, во многом благодаря их способности видеть общую картину мира, его всеобщности, связывающей отдельные элементы в единое целое. И это еще раз доказывает их способность целостного восприятия окружающего мира, невозможность рассматривать какое – либо явление в одностороннем порядке. Итальянский математик, инженер Кардано был в тоже время и врачом, и философом, и астрологом, и теологом и беллетристом. Ампер, с детства владевший и кистью и смычком, был в то же время лингвистом, натуралистом, физиком и метафизиком. Галлер писал о поэзии, теологии, ботанике, практической медицине, физиологии, нумизматике, восточных языках, патологической анатомии и хирургии и даже изучал математику А сфера деятельности Ломоносова вообще не ограничена никакими рамками, разве что умением шить и вышивать, и то это не доказано.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в настоящее время не вызывает сомнения утверждение, что позитивные девиации – ведущая сила общеисторического процесса и развития каждого человека, что в них заключены созидательные начала науки, техники, искусства, культуры, социальной и нравственной жизни людей и их взаимоотношений.

В наше время в век полных демократических свобод, реализовать свои способности может любой человек, поскольку любая область интересов и деятельности будет актуальна и интересна. Ведь искусства и наука – это сферы деятельности, дающего возможность безграничного и всестороннего развития личности.

В заключении мне хочется привести из книги замечательного английского биолога и философии Джулиана Хансли: «Огромный новый свет неоткрытых возможностей ожидает своего Колумба. Великие люди прошлого мимолетно раскрыли нам, чем может быть личность, интеллектуальное понимание, духовное достижение, художественное творчество. Нам нужно исследовать и нанести на карту весь мир человеческих возможностей подобно тому, как была изучена и нанесена на карту вся область физической географии. Мы понимаем, что даже самые счастливые люди живут много ниже своих возможностей и что большинство людей развивают не более ничтожной доли своей потенциальной умственной и духовной мощи. Человечество в действительности окружено обширной областью нереализованных возможностей, требующих изучения.

Оцените публикацию:
 (голосов: 0)
| Раздел Публикации » Доклады (ч. IV) | написал watch_out | просмотров: 999 |